Два часа между поездами
Билет с пересадкой стоил дешевле, но Игорь выбрал его не поэтому. Прямой поезд приходил на четыре часа раньше, а этот стоял в Кувшинове два часа. Пятнадцать лет он сюда не приезжал.
В детстве они ездили в Кувшиново каждый июнь — он, мама и клетчатая сумка, которую мама всю дорогу держала на коленях. Всегда ночь в вагоне, всегда одна и та же пересадка. Мама полночи разговаривала с попутчиками, а он спал. Рано утром они выходили на платформу, мама покупала пирожки у женщины в белом фартуке, и они ели их прямо там, у входа. Потом шли к бабушке вверх по улице, двадцать минут пешком. Игорь помнил каждый дом на этой улице.
В этот раз поезд пришёл в семь двадцать, минута в минуту. Игорь вышел, поставил сумку на платформу и посмотрел на часы над входом. Часы шли. Они и тогда спешили на пять минут, и сейчас спешили на пять минут.
Улица оказалась короче, чем он помнил. Магазин на углу, где мама покупала хлеб и мороженое, стал аптекой. Игорь зашёл внутрь, чтобы просто посмотреть, и купил пластырь, который был ему совершенно не нужен. Женщина за прилавком спросила, нужно ли что-нибудь ещё. Он сказал, что нет.
Бабушкин дом продали давно. Игорь дошёл до угла, посмотрел издалека на зелёную крышу и дальше не пошёл.
По дороге к реке он прошёл мимо школы. Ворота были закрыты на замок — июль, каникулы. Бабушка работала здесь в столовой, и в июне ей иногда давали ключи, чтобы полить цветы в классах; она брала Игоря с собой, и они вдвоём ходили по пустым коридорам, где пахло краской.
Река была та же. Тот же деревянный мост, та же мутная вода, и с моста так же прыгали мальчишки и кричали. Игорь прогулялся вдоль берега до второго моста и обратно.
На вокзал он вернулся за сорок минут до поезда. Пирожки продавали и сейчас, но в киоске, в плёнке, и стоили они как обед в столовой. Игорь всё равно купил один.
На платформе он сел на скамейку рядом с женщиной, у которой на коленях стоял большой красный термос.
«Вы на девятичасовой?» — спросила она.
«На девятичасовой».
«Он всегда опаздывает минут на двадцать. Хотите чаю? У меня целый термос, я его всё равно не выпью».
Игорь хотел отказаться, но сказал: «Давайте». Чай был очень сладкий и очень горячий.
«Вы местный?» — спросила женщина.
«Раньше приезжал. К бабушке, на лето».
«Сюда все к кому-нибудь приезжали», — сказала она спокойно.
По радио объявили прибытие поезда — не «девятичасового», а какой-то длинный номер, который Игорь тут же забыл. Женщина закрутила крышку термоса и пошла к своему вагону, десятому. Игорю нужен был третий, в другой конец платформы.
Поезд тронулся в двадцать минут десятого, ровно на двадцать минут позже, как она и сказала. Городок кончился через четыре минуты. За окном опять пошло поле, и Игорь достал из сумки пирожок, который так и не съел на вокзале.