Место на подоконнике
Кузя знал в квартире все тёплые места, но лучшим был правый край подоконника: солнце лежало там с двенадцати до трёх, а батарея грела снизу весь день.
В субботу место заняли. Гузель принесла из шкафа старый альбом в зелёной обложке, положила его прямо на подоконник, раскрыла и стала перебирать выпавшие карточки. Потом на кухне закипел чайник, и она вышла.
Кузя вошёл в комнату, запрыгнул на подоконник и лёг. Страницы оказались гладкие и тёплые, лучше любого пледа. Логика была простая: вещь лежит на его месте — значит, вещь тоже его.
«Кузя, это не кровать», — сказала Гузель, когда вернулась с чаем, и сняла его на пол.
Он подождал на стуле ровно столько, сколько было нужно, и вернулся обратно. На этот раз он лёг на разворот с чьей-то свадьбой и придержал лапой уголок, чтобы страница не переворачивалась.
Тогда Гузель закрыла альбом и унесла его на полку. А на подоконник, в тот самый угол, постелила ему плед — специально, новый, в клетку. Кузя понюхал плед и сел рядом, на голое дерево. Потом он просидел под полкой весь вечер и смотрел вверх.
Утром альбом снова лежал на подоконнике, открытый на пустой странице.
«Ладно, — сказала Гузель. — Ложись».
Кузя лёг. Он не понял, зачем хозяйка направила на него телефон и почему через неделю принесла из фотоателье маленькую карточку. Но с тех пор альбом на полку не убирали.
На карточке рыжий кот спит на раскрытом альбоме, и вклеена она на ту самую пустую страницу. Выходит, теперь Кузя лежит и на подоконнике, и внутри альбома. Вопрос о том, чей это альбом, можно считать закрытым.