Все столицы
Эмиль работает сторожем на складе в райцентре, в двух часах езды от областного города. На стене в его каморке висит политическая карта мира, старая, ещё с прежними названиями. За смену он успевает пройти её глазами континент за континентом.
Грузчики его проверяют. Парагвай — Асунсьон. Буркина-Фасо — Уагадугу. Бутан — Тхимпху, и Эмиль сразу добавляет, что во всём Бутане меньше миллиона человек, то есть меньше, чем население их областного города. Ошибается он редко.
Сам он дальше своей местности не выезжал. Самая южная точка, где он был, — соседний район, там живёт его сестра. Каждое лето он собирается то в Крым, то на Алтай, а потом остаётся: то огород, то смена, то машина.
В феврале ночью на склад пришла фура. Разгрузку назначили на утро, водитель зашёл греться, и Эмиль поставил чайник. Разговорились. Водитель сказал, что два года возил оборудование в Монголии.
«Улан-Батор?» — спросил Эмиль.
«Он самый», — кивнул водитель.
«Полтора миллиона человек. Почти половина страны живёт в одном городе», — сказал Эмиль.
«Может быть. Я не считал», — ответил водитель.
Эмиль ждал, что дальше водитель назовёт хотя бы реку или соседние страны. Тот молчал и грел руки о кружку.
«А там как вообще?» — спросил Эмиль.
«Зимой дым, — сказал водитель. — Топят печками, весь город топит, и дым стоит в воздухе целый день. С сопки смотришь — города не видно, только дым. И снег на дороге не тает до весны, просто становится серым».
Эмиль ничего не ответил. Он знал столицы, площади и население, а вот этого про Улан-Батор не знал никто из тех, кто его проверял.
Утром фура ушла. Эмиль достал тетрадь, куда у него были выписаны страны и цифры, нашёл нужную строчку и подписал под ней мелко: «Зимой с сопки города не видно — один дым».