Что надо было объяснять
Ханна приехала из Хельсинки на пять дней, и Людмила сразу повезла её на дачу. Всю дорогу в электричке Людмила волновалась: как объяснить человеку из другой страны, что вечером его будут парить веником и что это, вообще-то, удовольствие.
Хотя Ханна финка и сауна у неё дома с детства, Людмила всё равно готовила объяснения, чтобы гостья ничего не испугалась. Про шапку. Про то, что в парилку идут без одежды и это нормально. Про то, что после жара надо в холодную воду, иначе нет смысла.
Баню топил сосед, и к восьми она была готова. Он подкинул дров и ушёл, сказав, что через час будет самое то. Людмила показала, где вешать полотенце, где ковш, где холодная вода, и наконец достала веник. Она начала говорить, что это совсем не больно, что веником не бьют, а поднимают горячий воздух, — и остановилась. Ханна взяла веник в руки, посмотрела на листья и сказала, что у них дома такой тоже есть, только называется по-другому и делают его в июне.
Дальше всё происходило само. Ханна спокойно сидела на верхней полке, когда Людмиле уже было горячо. Она первая пошла к бочке с холодной водой. Она знала про шапку. Она даже сказала, что пар какой-то суховат, и добавила воды на камни — правда, немного.
Потом они сели на веранде. Стемнело, комары гудели над лампой, чайник вскипел второй раз. Соседка принесла банку огурцов и посидела с ними полчаса. Говорили про мужей, про цены на билеты, про то, как в Финляндии зимой рано темнеет. Через два часа Людмила посмотрела на часы и предложила ещё один заход, хотя обе давно остыли.
«Вот это у нас не так», — сказала Ханна.
«У нас в сауне молчат. Совсем. Посидели, помылись, пошли спать».
«А когда же вы разговариваете?» — спросила Людмила.
«Потом. В машине», — сказала Ханна и засмеялась.
Людмила подумала, что зря учила слова про веник. Объяснять надо было не веник, а вот эти два часа с чаем.