Всем видно?
Вадим Дмитриевич водит группы по музею уже двенадцать лет. Слова у него всегда одни и те же.
Первая группа — школьники, в десять утра. «Проходим, проходим, не стоим в дверях! — говорит Вадим Дмитриевич. — Телефоны уберите. Руки в карманы, ничего не трогаем. Кстати, вот этот стол — не бытовой предмет, а рабочий: за ним писали важные письма. Всем видно?»
Всем видно. Школьники смотрят в телефоны.
Вторая группа — туристы, в час дня. Они опоздали на двадцать минут, и это неприятно. «Проходим, не стоим в дверях. Ничего не трогаем. Кстати, этот стол — не бытовой предмет, а рабочий. Всем видно?»
Кто-то из туристов спрашивает про фотографии.
«Фотографировать можно, только без вспышки», — отвечает Вадим Дмитриевич и идёт дальше.
Третья группа приходит вовремя, минута в минуту. Это студенты, будущие экскурсоводы. Они слушают и пишут в тетради. «Проходим. Не трогаем. Стол рабочий. Всем видно?» Студенты пишут это в тетради.
Вечером жена ставит на стол чай.
«Кстати, — говорит Вадим Дмитриевич, — вот эта чашка — не бытовой предмет, а...»
Он молчит и берёт чашку.
«Всем видно?» — спрашивает жена.
Вадим Дмитриевич смеётся первый раз за день.