Вежливое нет
Я специально взяла боковое место. Не потому, что оно дешевле, а потому, что там сидишь у окна, в стороне от всех, и напротив чаще всего никто не садится. Впереди было одиннадцать часов до Воронежа и книга, которую я купила ещё в марте и до сих пор не открыла.
В плацкарте пятьдесят четыре места и ни одной двери, поэтому слышно всё: и чужой разговор, и чужой телефон, и как наверху кто-то храпит.
Валера появился минут через сорок после отправления. Он ехал в соседнем отсеке — большой, весёлый, лет пятидесяти, в спортивных штанах и тапочках, с чашкой в руке.
«Девушка, идёмте к нам чай пить, — сказал он. — Нас трое, стол большой, а вы тут одна сидите».
«Спасибо, не пойду. Я читать села», — ответила я и показала книгу.
«А, ну читайте», — сказал он и ушёл.
Через час он пришёл снова, уже с тарелкой.
«У нас курица. Целая. Мы её втроём до утра не съедим», — сказал он.
Я засмеялась и сказала, что курицу они точно съедят, а я правда хочу дочитать. Он посмотрел на книгу, кивнул и опять ушёл.
Валера был доволен всем: столом, курицей, вагоном и тем, что дорога длинная. Соседи у него были такие же громкие: женщина, которая всё время смеялась, и молчаливый мужчина в очках. Меня они не звали — звал только Валера, как хозяин стола.
Раньше я бы пошла. Не потому, что хотела, а потому, что отказать неудобно: человек зовёт, человек хороший, все едут вместе. Сидела бы до полуночи, слушала про дачу и внуков, а книга так и доехала бы до дома закрытой.
Но мне тридцать четыре, и я давно поняла: «нет, спасибо» — нормальный ответ. Главное сказать его спокойно, без обиды и без длинных объяснений.
За окном стало темно. В вагоне пахло курицей и чаем, кто-то смеялся через два отсека, у кого-то работал телефон. Я прочитала сто страниц — больше, чем за весь март.
Проводница прошла с бельём, потом с мусорным пакетом. Свет в вагоне сделали слабее. Я перевернула страницу и поняла, что мне никто не мешает.
Часов в десять Валера подошёл в третий раз.
«Последнее предложение, — сказал он. — Играем в дурака, а нас трое. Четвёртого не хватает».
«Не пойду, — сказала я. — Но спасибо, что позвали».
Он постоял секунду, потом сказал: «Понял», — и ушёл к своим.
Через двадцать минут он опять появился в проходе. В руке был стакан в подстаканнике — горячий чай, два пакетика сахара на блюдце.
«Это просто чай, — сказал он и поставил стакан на мой столик. — Без карт».
«Спасибо», — сказала я. Он кивнул и ушёл.
Через минуту я услышала, как он сказал своим: «Человек читает, не трогайте».
Чай был очень крепкий. Я выпила его до дна и вернулась к книге.
До Воронежа я дочитала её всю. Утром, когда я выходила, Валера спал, и я не стала его будить — но стакан вернула проводнице сама.