Двести восемьдесят километров (Часть 4)
Во двор я въехала ровно в двенадцать. Место у второго подъезда было свободно — то самое, куда днём всегда кто-нибудь встаёт. Соседская собака где-то наверху залаяла на незнакомую машину.
Я заглушила двигатель и осталась сидеть. Минут пять, просто так. Наверху горели два кухонных окна, за одним из них работал телевизор. Пахло мокрым асфальтом и немного бензином — от куртки.
В багажнике так и лежали зимние колёса Бориса. За двести восемьдесят километров я про них ни разу не вспомнила. Ключи я положила не в сумку, а на кухонный стол, чтобы утром сразу их увидеть.
Утром я написала Борису одно слово: «Доехала».
Он ответил через час, одной строчкой: «Я же говорил. Её надо вести, а не гнать».
И только тут я поняла, что он имел в виду ещё во дворе в Вологде. Дело было не в скорости и не в трассе. Просто эта машина не едет сама: ей нужно, чтобы её вели — заранее тормозили, заранее перестраивались, слушали, что там у неё внутри. Восемь часов я именно этим и занималась. К полуночи научилась.
В одиннадцать я взяла ключи и спустилась вниз. За хлебом можно было дойти пешком: булочная в соседнем доме. Но я открыла дверь, села за руль, повернула ключ, и двигатель завёлся сразу — как в Вологде.
Я выехала со двора и поехала за хлебом не в соседний дом, а через мост, в булочную на той стороне. Три километра туда, три обратно. Просто чтобы проехать их.